КОЛЕСО   журнал
Конкурсы

Конкурсы

«Наше дело правое. Враг будет разбит. Победа будет за нами.» - 2009

Любовь Шифнер

Что за глупый скворец?

Рассказ

 

Во времена Брежневского застоя начальник технического отдела завода, где я работала, послал меня за документацией в научно-исследовательский институт. Я подошла к уютному двухэтажному особнячку, расположенному в живописной местности на окраине нашего города, и услышала залихвацкую песню популярной группы «Машина времени».

Никто не шутит с природой

И дело - дрянь и лету конец.

И только, споря с погодой,

Поёт какой-то глупый скворец.

 

Что за глупый скворец,

Что за глупый скворец,

Что за глупый скворец.

Я в нерешительности остановилась у входной двери. «Наверное, под музыку творят научные работники, - промелькнула догадка. - Недаром светочи науки пропагандируют на предприятиях функциональную музыку для поднятия работоспособности». Робко приоткрыв дверь в отдел технологических разработок, я увидела картину, которую можно было смело назвать «Семейная идиллия». Под звуки песни, рвущейся из кассетного магнитофона, сосредоточенно трудились советские инженеры. Одна из них, моя бывшая одноклассница, розовощёкая Лариса, ловко орудовала вязальными спицами, заканчивая спинку мохерового пуловера. Интеллигентная дама, довольно солидного возраста, с очками, спустившимися чуть ли не на кончик носа, что-то вывязывала крючком. Две молодые сотрудницы, разместившись за одним столом, перелистывали красочные странички журнала моды. В углу комнаты, повернувшись лицом к отопительной батарее, сидел паренёк. Удобно расположившись в кресле начальника, он с большой сноровкой и ловкостью плёл рыболовную сеть. На моё громкое приветствие инженеры лишь кивнули, не отрываясь от своих важных дел. И только Лариса отреагировала по-родственному:

- Сколько лет, сколько зим! Проходи, присаживайся. А у нас сегодня всё начальство в командировке в Москве – вот и расслабляемся. Рассказывай, как живёшь? – И тут же сообщила всю известную информацию обо мне: - Я слышала, что ты успела замуж выйти и развестись.

- Да, всё так. Вот живу вдвоём с сыном, - пыталась вставить я хоть словечко. – А где можно получить документы для нашего предприятия?

- Успеешь ты со своими документами. Позже возьмёшь, на втором этаже у секретарши Люси, а сейчас мы попьём чайку. Лариса быстро извлекла из тумбочки электрический чайник и обратилась ко мне с просьбой:

- По коридору налево находится туалетная комната, вот сходи и налей там воды, а я закончу свою работу – осталось довязать лишь несколько рядов.

Лариса разложила на тарелке печенье, выставила банку сливового варенья.

- Вкусное варенье, - похвалила я, попробовав угощение.

-Ты мои соленья ещё не пробовала, - заявила она с гордостью.

- Да, видно, ты хорошая хозяйка. Наверное, муж доволен, - заметила я.

- Ты что не в курсе? Я замуж так и не вышла, - грустно промолвила Лариса. – Где они, нормальные мужики? А мне уже под сорок – так и придётся куковать одной.

Я посмотрела с жалостью на одноклассницу. Крупногабаритная фигура, короткая стрижка из редких волос, зычный, грубоватый голос – все эти качества были малопривлекательными для лиц противоположного пола.

- Ну, до сорока тебе ещё далеко, может, кого и встретишь, - пыталась я ободрить бывшую одноклассницу.

Прошло несколько лет. Наступило время демократических перемен, когда всё продавалось и покупалось. Проходя как-то по рыночной площади, я услышала знакомый голос.

- Солина! - прозвучала моя девичья фамилия, от которой я уже давно отвыкла.

За прилавком, заваленным яркими турецко-китайскими товарами, стояла улыбающаяся Лариса. В толстом пальто на синдипоне, в красной вязаной шапке, сверху прикрытой жёлтым шерстяным платком, в войлочных сапогах, она мало чем отличалась от других торгующих женщин в холодное зимнее время.

- Замуж-то ещё не вышла? – сразу огорошила меня вопросом бывшая одноклассница.

- Пока нет, - ответила я тихо, чтобы не привлекать внимание снующих в разные стороны людей.

- А я вот почти вышла! - заявила она радостным громким голосом.

На мой недоумённый взгляд она прореагировала по-своему и с пылом рассказала свою любовную историю.

- Нашла я себе хлопца здесь, на базаре. Он помогает нам разгружать тяжёлые баулы. Видно, здорово я его зацепила. Хотя он моложе меня на двенадцать лет, но согласился со мной жить пару раз в неделю. Правда, иногда выпивает. Но где найти их, непьющих?

- Так, значит, ты, Лариса, переквалифицировалась из инженеров в продавцы? – спросила я сочувственно.

- А куда деваться? Жить-то надо. Наш институт прикрыли, и все научные сотрудники вынуждены искать себе место под солнцем. Некоторые неплохо устроились, как я, например, - торговым бизнесом занимаются. Мужики наши в Москву подались, в основном там на складах работают. Больше всех повезло Таньке Завьяловой. Она обосновалась в фирме по продаже недвижимости. Знаешь, какие «бабки» срезает? К своей трёхкомнатной квартире домик двухэтажный прикупила.

- Да, у нас завод тоже на ладан дышит. Может быть, и мне придётся переквалифицироваться, - пожаловалась я.

- Не переживай, места за прилавком всем хватит, - пошутила приятельница. – Ты бы зашла ко мне как-нибудь. Так одиноко иной раз бывает – хоть волком вой. Матери уже давно нет, отец умер в прошлом году, а два месяца назад брата похоронила.

- А что с ним случилось? Он был старше тебя всего на пару лет.

- Как и с большинством мужиков – спился.

Я посмотрела на припухшее, обветренное лицо Ларисы – стало жаль эту простодушную женщину. В ближайшую субботу договорились встретиться.

В назначенное время с бутылкой фирменного сухого вина и с коробкой шоколадных конфет я появилась на пороге квартиры Ларисы. Но дома её не оказалось. В замешательстве я спустилась на первый этаж, вышла на улицу и в ожидании подруги остановилась возле подъезда. Через десять минут появилась Лариса, обвешанная огромными сумками.

- Молодец, что дождалась, - обрадовалась она. - Сегодня торговля шла отменно, не могла же я сбежать от многочисленных покупателей. Но ничего, сейчас всё наверстаем.

Трёхкомнатная квартира Ларисы была завалена какими-то тюками, свёртками, коробками.

- Да у тебя тут целый склад! – удивилась я.

- Что поделаешь? Приходится тесниться, такая работа, - разъяснила обстановку бизнес-леди. – Так что любоваться здесь нечем. Пойдём лучше на кухню, поможешь приготовить мне закусон. У меня тут припрятан от моего друга бутылёк.

 

Лариса уверенно залезла рукой за кухонный шкаф и извлекла оттуда полупустую бутылку водки.

- Вот паразит! – воскликнула она с горечью. – Куда не спрячешь – найдёт. Хорошо хоть нам немного оставил, а то пришлось бы в магазин бежать.

Я достала из сумки бутылку вина, коробку конфет и положила гостинцы на кухонный стол, сдвинув в сторону груду грязной посуды.

- Видишь, как живу, - констатировала Лариса. – Даже помыть посуду некогда.

«Да, раньше у тебя всё блестело», - подумала я про себя, вспомнив свой давнишний визит к Ларисе.

- А вино ты зря купила, - заметила она. – От него только бегать кое-куда, да и по цене - не дешевле водки. Ну, ничего, будешь сама его пить, а я водочку порешу, - постановила Лариса.

Из духовки извлекла она огромную сковороду с присохшими остатками мяса.

- Ты, Люда, помой эту посудину. Мы в ней сейчас рыбу пожарим, а я картошки почищу.

Перспектива возиться с грязной сковородой меня не устроила, я предложила почистить картошки. Лариса милостиво согласилась.

Жизнь становилась удивительной и непредсказуемой. Города ветшали, даже тротуарную плитку выковыривали по ночам и увозили предприимчивые люди в известном только им направлении. В такое время так хотелось укрыться от всего этого беспредела. И когда мне подвернулась возможность уехать в Германию, я использовала её.

Только через два года я вновь оказалась в своём родном городе. Рыночную площадь, где торговала Лариса, я старалась обходить стороной - опасалась её громогласных расспросов.

И вдруг знакомый окрик:

- Солина! Ты ли это? Вся из себя прикинутая!

Я оглянулась: напротив продовольственного магазина стояла Лариса, вся обвешанная, как новогодняя ёлка, пёстрыми ситцевыми халатами, и улыбалась мне почти беззубым ртом.

- Знаю, всё знаю про тебя! - продолжила она восклицать. - И как ты, Люда, за немца замуж вышла, и в Германию с ним отчалила. Хоть бы обо мне вспомнила и подобрала там для меня хорошего женишка. Всё-таки мы с тобой в школе за одной партой сидели.

- У тебя уже есть почти муж? И, вообще, что ты делаешь здесь с халатами? Неужто снова переквалифицировалась?

- Да, переквалифицируешься тут. Бизнес-то мой лопнул. Столько денег вложила - и всё потеряла. Я же свою трёхкомнатную квартиру обменяла на однушку с доплатой. И всё впустую. Сейчас подрядилась от швейной фабрики халатами торговать. Ну, вроде бы пока дела идут неплохо. Эта продукция пользуется спросом.

- А как твой друг? Устроился работать? – полюбопытствовала я.

Нет, он не работает, живёт у меня, но мне по хозяйству помогает. Иной раз и выпьет. Но главное – он спокойный, и меня не бьёт, - отметила она с удовлетворением.

Я посмотрела на атлетическую фигуру Ларисы и подумала: «Попробуй такую поколотить!»

Приезжая из Германии в свой родной город, больше Ларису я на торговой площади не встречала. Рассказывали, что она занялась другим видом бизнеса – торговлей газетами в столице.

Как-то я приехала в Москву на Савёловский вокзал, чтобы отправиться в гости к родственникам в старинный город Кимры.

- Солина! Какими судьбами?– услышала я знакомый голос.

Я не ошиблась. Возле выхода из метро стояла Лариса в оранжевой стеганой безрукавке, в ярком зелёном свитере. Возле неё возвышался стенд с газетами.

- Лариса, я сейчас заскочу в одно заведение, а потом подойду к тебе, – сказала я приятельнице. - Кстати, в какую сторону мне идти?

- Иди в левую сторону. На обратном пути мимо меня не проскочи – надо поговорить.

Не успела я отойти на несколько метров, как услышала вдогонку громогласный вопрос:

- Люда, а какой тебе нужен туалет - с удобствами или без?

- Конечно, с удобствами.

- Тогда направляйся прямо, и за углом вокзала увидишь туалет. Там вход дороже, но можно руки помыть.

Лариса зорко следила, чтобы я не прошла мимо нужного объекта. Издалека я услышала новое напутствие:

- Поворачивай за угол!

Когда я вновь оказалась возле Ларисы, она сообщила мне, что довольна новым видом деятельности, хоть и приходится работать без выходных.

- Тысяч десять хоть получаешь за такую напряжённую работу?

- Что у меня в голове всего лишь одна извилина работать за такие жалкие деньги? Я имею значительно больше, - похвасталась Лариса.

- А как же твой друг? Ему вряд ли понравится, что ты всё время на работе.

- Да его уже нет в живых. - Немного помолчав, тихо добавила: – Умер от пьянки.

Я посочувствовала:

- Нелегко тебе, Лариса, сейчас приходится. Наверное, тоскливо одной?

- А мне тосковать некогда - целыми днями среди людей, - горько пошутила бывшая одноклассница.

Попрощались. Я торопилась на электричку. Вдогонку услышала:

- Ты, Солина, не пропадай. Если будешь в наших краях – навещай!

Сердце сжималось от жалости к Ларисе, но хотелось верить, что всё в нашей жизни изменится к лучшему, и каждый будет заниматься своим делом. Вспомнились слова из песни Макаревича:

И кому весной его трель нужна,

Ежели весна и без того весна?

И кто сказал, что песне зимой конец?

Совсем не конец!

Что за глупый скворец.


 



с начала